16 декабря

Писание дневника - из той же серии, что утренняя гимнастика и иностранные языки. Необходимы регулярные повторения, иначе затея теряет всякий смысл. Но есть один нюанс: автоматические действия по утрам я выполняю легко и непринужденно, вечером же я вся такая непредсказуемая и поэтическая, поэтому ни о каких расписаниях речь идти не может. А навык, надо сказать, пропадает моментально, стоит прерваться на неделю.

Ну, значит, расскажу, что сегодня было. Безо всяких экивоков.

Мы собирались проснуться рано и поехать за продуктами, но вместо этого проснулись поздно. И поехали за продуктами. Фокус в том, что супермаркеты на обед не закрываются, но мне требовалось кое-что поизысканнее, а именно: зеленщик, мясник, колбасница и канцтовары. Они все закрываются в полпервого. К одиннадцати мы наконец пришвартовались на набережной Армы и поскакали по магазинам.

Поскольку, пока я была в Москве, Бруно овощей практически не покупал (он их боится), то у зеленщика я набрала три огромных пакета, на тридцать евро всякой всячины. Он расчувствовался от таких масштабов и подарил мне большой букет петрушки, розмарина и шалфея. Это очень кстати. У мясника была очередь - делали заказы к рождеству. Я купила только фарш и немного телятины, потому что больше ни на что глаз не лег. Разве что на поросячьи ножки с копытцами, из которых теоретически можно соорудить холодец, но я никогда так не делала и застремалась. У колбасницы взяла немножко горгонзолы, прощютто Сан-Даниеле (нежнейшее, но дорогое) и сыр фонтину.

Шел мелкий дождь, мы доехали до супера, но прежде пошли в “Селф”, который там рядом. По названию можно было бы предположить, что это магазин типа “Сделай сам” (собственно говоря, и слоган у него - “Fai da te!”, то есть “Сделай сам!”), но это обман: на самом деле “Селф” - обычный хозяйственный. Мы там купили полку для моей комнаты, щетку для моего унитаза и дощечек для ремонта моего книжного шкафа.

В супермаркете у меня уже исчезло всякое вдохновение и мне хотелось побыстрее домой. Вообще-то у меня бродили в голове мысли насчет того, чтобы закупить продуктов для чего-нибудь эдакого, новогоднего - например, салата “Оливье”. Спросила в твиттере, какие огурцы в него нужны, соленые или маринованные, - мнения разошлись. Соленых, впрочем, все равно не было, а маринованных навалом, но я на них внимательно посмотрела, и мне их не захотелось. Уж слишком они похожи на заспиртованных младенцев в ленинградской “Кунсткамере”.

Кроме “Оливье”, я еще думала про винегрет, но из его ингредиентов смогла вспомнить только свеклу. Торт “Наполеон”, селедка под шубой, блинчатый пирог… умела когда-то, но повторить невозможно. Ну вот как я в детстве гуляла при -30, и не чувствовала никакого дискомфорта.

Вернулись домой, и я сразу залезла на антресоль, под плед, читать книжку про Прованс. Бруно тем временем раскочегаривал камин. Потом я отмёрзла, и сварила капустный суп. Бруно он понравился, а мне не очень - какой-то уж слишком постный.

Еще я немножко поработала, повязала серые рукава, написала несколько писем, покурила кальян, послушала музыку, выпила горячего молока с шартрезом, почитала по-немецки Вильгельма Буша и теперь полностью готова упасть в кровать (если, конечно, Бруно не забыл засунуть в нее “кота”, то есть электрогрелку).