…такой ходил анекдот во времена перестройки. Вчера мне не спалось и я взялась в уме считать, сколько же ночей я за истекший год провела вне дома. Подсчеты меня не только не усыпыли, а наоборот: я встала с кровати и побежала в свою комнатку считать на бумажке, не ошиблась ли я. Нет, не ошиблась: ВОСЕМЬДЕСЯТ ПЯТЬ ночей! С ума сойти. Почти три месяца, или почти каждую четвертую ночь я спала не в своей кровати. Вот уж не ожидала.

Вот расклад по странам и континентам.

1 ночь я провела во Франции.
5 ночей нигде, то есть в поездах и самолетах. Без сомнения, это были самые ужасные пять ночей за год. Я и в молодости-то неважно спала в дороге, а к старости эту способность совсем утратила.
10 ночей прошли в Великобритании (Лондон и Брайтон).
12 ночей - в Таиланде.
26 ночей - в Италии.
И целый месяц - 31 ночь - в Москве.

И это только ночи! Не считая однодневных путешествий, которых тоже было немало.

В общем, я считаю себя великим путешественником.

Posted by Nadya as travel at 9:19 PM UTC

No Comments »

У меня психологический вопрос к почтенной публике. В первую очередь к фрилансерам, но, поскольку любой человек - потенциальный фрилансер, то ко всем.

Вот такая ситуация: у вас есть два заказчика (не конкретные люди, а организации), и вам по каким-то причинам нужно из них выбрать одного. Ну, например, времени на двух не хватает.

Есть четыре условия.

1. Заказчик А вам чем-то симпатичен. Предположим, у него работают ваши друзья. Или вам просто нравится продукция, которую он выпускает, вы ею с удовольствием пользуетесь. Или он ориентируется на людей вашего круга; или у вас сходные политические убеждения. Или вас привлекает та область, в которой он работает (выпускает, например, телескопы, а вы с детства интересуетесь звездным небом).

С заказчиком Б у вас нет никаких точек пересечения. Никакие знакомые там не работают, выпускает он продукцию, которая вас абсолютно не интересует, ориентируется на потребителей, которые с вами и с кругом ваших знакомых не имеют ничего общего.

Если это был бы единственный параметр, который вы принимаете в расчет, то вы бы однозначно выбрали заказчика А.

2. Заказчик А платит меньше, чем заказчик Б. Во-первых, базовая ставка, по которой вам платит А, меньше. Во-вторых, А берет с вас всевозможные налоги, вычеты, а если у вас возникают дополнительные расходы, то борется за каждую копейку (если надо куда-то ехать, так по самому дешевому тарифу; на каждый купленный карандашик требуется чек и т.д.).

Заказчик Б щедр. В командировки он вас отправляет первым классом, потраченные суммы округляет в выгодную для вас сторону, налоги платит вместо вас, накидывает 25% за срочность, даже если вы его об этом не просите.

По этому параметру Б вне конкуренции.

3. Заказчик А общается с вами по хорошо отлаженной схеме: дает вам задание, согласовывает срок, получив готовую работу, говорит, что все о.к. или просит переделать что-то конкретное. Вам все понятно и удобно.

У заказчика Б рабочий процесс организован ужасно: разные люди дают вам противоречивые задания, непонятно, кто за что отвечает, сроки назначаются от фонаря, готовую работу приходится радикально переделывать, потому что вам забыли сказать что-то важное. Полный хаос, разброд и шатание.

Тут, естественно, любой нормальный человек выберет А.

4. Но вот парадокс. Даже с учетом всей нервотрепки и переделок вы гораздо легче и быстрее справляетесь с заданиями, которые вам дает Б. И получаете от самого процесса работы удовольствие. А для А часто приходится работать “черезнехочу” - допустим, там много каких-то муторных операций, которые кому-то, может быть, и нравятся, а вам нет.

По этому параметру побеждает Б.

Можете ли вы, исходя из этих условий, выбрать, с кем из заказчиков хотите работать дальше? Если да, то с кем? Если нет, то какие еще параметры нужно, на ваш взгляд, учесть?

Вопрос теоретический, а не практический - не то сейчас время, чтобы разбрасываться заказчиками, да и образы собирательные.

Posted by Nadya as life, psychology at 7:40 AM UTC

11 Comments »

Прослушала сейчас радиоспектакль, поставленный Галиной Волчек в 1972 году, и подивилась, как изменились моральные принципы с той поры. Вот даже странно: в пьесе практически ничего нет коммунистического, только общечеловеческая бытовуха, но с моей сегодняшней точки зрения - дичь какая-то.

Сюжет такой. Некий Дмитрий, приехав в Москву из Калязина, в справочном бюро просит найти адрес своего друга, которого зовут (приколитесь, какие тогда были фамилии!) Аркадий Иванович Гей. По странному совпадению в этот же момент в том же бюро адрес Гея ищет медсестра из больницы по соседству. Выясняется, что там лежит тяжелобольная из Воронежа, у которой нет никаких родных и близких, и вот единственное письмо, которое она отправила, вернулось назад. Дмитрий вызывается доставить письмо Гею самолично.

Что Гей - отрицательный герой, понятно не из фамилии, а из трех фактов: 1) живет в Москве, а не на родине, 2) купил машину “Жигули”, да еще вишневого цвета, и нет чтобы стыдиться, а он радуется, 3) купил трехкомнатный кооператив (в полных по тем временам ебенях, но все-таки).

Ну, встречаются старые друзья, Дмитрий настаивает, чтобы Гей немедленно прочитал письмо. Гей читает, и говорит, что нету там ничего особенного - тяжелобольная его благодарит, а за что, не пишет. Дмитрий вскидывается: ведь ей делают операцию сегодня! Как ты, Гей, можешь не отреагировать! Гей, вопреки протестам Дмитрия, читает письмо вслух.
Ошибка режиссера: лучше бы не читал - так слушатели думали бы, что в письме содержатся чрезвычайно компрометирующие Гея сведения. Но их там не содержится: тяжелобольная пишет, что настала осень, листья вокруг ее окна кружатся как-то особенно медленно, и ей хочется поблагодарить весь мир вообще и Гея в частности за то, что было, было…

Гей, покопавшись в памяти, признает, что двадцать (!) лет назад, когда он работал в Воронежкаучуке, вполне возможно, что между ними что-то было. И он даже готов принести в больницу бедной женщине фрукты, минеральную воду и что там ей нужно. Но встречаться с ней ему совсем не хочется - он ее абсолютно не помнит, счастливо женат и вообще незачем ворошить прошлое.

Дмитрий впадает в совершеннейшую истерику. Как ты можешь, да как тебе не стыдно, да неужели же ты не понимаешь - ведь у нее никого нет! Ведь ей делают операцию! И поклянись, что ты не будешь носить ей цветы и фрукты - этим ты ее можешь оскорбить! Да что с тобой, Дмитрий? - резонно спрашивает Гей. - Что такого оскорбительного в апельсинах, и вообще не могли бы мы о чем-нибудь другом поговорить?

Нет, не могли бы. Конец весьма драматичен: Дмитрий звонит в больницу и выясняет, что женщина умерла. Как это выясняется - отдельный прикол: хотя Дмитрию было десять раз сказано, что риск очень большой и скорее всего она умрет, он отчаянно тупит. Происходит примерно такой диалог:

- Софья Львовна, простите меня. Гей оказался не тем человеком…
- Поздно.
- Что - поздно?!
- Ирине ничья помощь больше не нужна.
- Я не понимаю вас!
(Драматическая пауза.)
- Что вы хотите этим сказать?!
- Летальный исход.
- Как? КАК? Софья Львовна, не может быть!

Софья Львовна вешает трубку, но Дмитрий продолжает в нее кричать. Далее Гей везет его на вокзал, но на полдороге Дмитрий вдруг понимает, что не может больше ехать в машине с этим подлецом, и на ходу пытается из нее выскочить. “Что Ñ‚Ñ‹ делаешь - у меня права отнимут!” - кричит Гей.

Занавес.

Для меня Дмитрий - абсолютно невозможный типаж. Мало того, что лезет не в свое дело, мало того, что педалирует на ровном месте чувство вины у человека, который этого совершенно не заслуживает. Хуже всего то, что он - истерик, а я этого не выношу. И еще меня бесит эта логика: раз Гей не хочет поступать так, как считает нужным Дмитрий, так и правильно, что у него права отберут. Эдакая вселенская кармическая справедливость, а по-моему - мудачество.

Posted by Nadya as travel at 8:27 PM UTC

No Comments »

Я раньше работала редактором, но вот уже два года не работаю. Раньше мне казалось, что по работе соскучиться невозможно, однако в последнее время замечаю такое количество ошибок, и так злобно на них реагирую, что, наверное, надо признать: да, я скучаю по редактированию.

На опечатки и непоставленные запятые я совершенно не сержусь, чего уж там. Сегодня увидела опечатку в инструкции к микстуре от кашля, и только нежно ей улыбнулась.

Но меня бесит, когда люди отказываются думать. Ведь не нужно каких-то мозговых сверхусилий для того, чтобы сопоставить два простых факта, нужно просто на минуточку сосредоточиться… но это почему-то часто оказывается непосильной задачей.

Вот свежий пример из он-лайн издания Sanremonews (даже ссылку не хочу давать). Ситуация: сегодня утром в торжественной обстановке состоялось открытие памятного знака в честь Амилькаре Рамбальди, который основал фестиваль авторской песни, в качестве альтернативы известному фестивалю итальянской песни. Сам этот знак представляет из себя довольно большую металлическую табличку, на которой выгравирован большими же буквами текст: “Ð’ память о жителе Санремо Амилькаре Рамбальди, который основал фестиваль итальянской песни…”  Только непосредственно в момент торжественного открытия кто-то заметил, что табличка, мягко говоря, неправильная: Рамбальди фестиваль итальянской песни не только не основывал, но являлся его горячим противником, обвиняя его в ангажированности и прочих грехах.

Вот как это так? Ведь несколько людей занимались этой табличкой - один сочинял текст, другой делал дизайн, третий гравировал, четвертый принимал работу - и ни у кого нигде не ёкнуло? Один фестиваль, другой фестиваль - какая разница?

Самое же смешное, что журналист, рассказывая об этом, тоже называет несчастного Рамбальди “отцом-основателем фестиваля авторской песни и фестиваля итальянской песни”. Сделал копи-паст и не почесался перечесть, чего же он там наваял.

Возмутительно. Хуже этого - только русскоязычный журнал “Италия”, но про него даже писать не хочется. Всем халтурам халтура.

Posted by Nadya as mass media at 3:57 PM UTC

No Comments »