no excuses

Теперь, когда у меня есть интернет дома (а также на работе, а также в телефоне, а также  через USB-модем), какие у меня есть оправдания для того, чтобы не писать дневник каждый день?

Да никаких у меня нет оправданий.

Итак.

Проснувшись около шести, я отправилась на прогулку. Вот уже вторую неделю в рамках борьбы с гиподинамией я гуляю по утрам до храма Св. Катерины, что занимает примерно 25 минут. Лучше ничего не придумала: плавать каждый день не получится из-за погоды, утренняя гимнастика заканчивается тем, что ложусь на коврик и засыпаю, а вечером после работы уже совершенно невозможно принудить себя к чему бы то ни было. Надо сказать, эти утренние прогулки действительно работают - и сплю лучше, и чувствую себя лучше. Только скучно ходить одной и той же дорогой, но это единственный в окрестностях относительно плоский маршрут (карабкаться по горам я в столь ранний час тоже не готова).

Потом я позавтракала черникой с козьим молоком и шоколадными трюфелями. Трюфели эти не очень удачные - я перелила в них рому и забыла положить желток, из-за чего они слегка расслоились и не застыли как следует, но тем не менее очень вкусные.

Потом я без приключений добралась до работы, удачно припарковалась и работала-работала. Обедать пошла в Тиффани. Через пятнадцать минут выкатилась оттуда в ярости и не пообедав. Сначала я ждала, пока поест официантка. А потом выяснилось, что решительно ничего из нового меню в наличии не имеется.

- Жареные кальмары?
- Ой, нет, сегодня не завезли.
- Карпаччо из осьминога и тунца?
- Есть только тунец.
- Блин с брезаолой и сыром?
- Блин дедушка печет, а дедушка еще не пришел.

И так далее.

Спрашивается, зачем нужно было печатать новое меню, если в нем отсутствует еще больше позиций, чем в старом?

В общем, я решила бороться с этим безобразием рублем, то есть евро, и ушла оттуда восвояси, и больше не приду и никому не посоветую.

В итоге, правда, мне опять пришлось есть моццареллу-прощютто-помидоры в баре возле работы, как и всю прошлую неделю, потому что кроме этого там была только вареная фасоль.

Потом я опять работала-работала, устала и ушла, купив по дороге отбивных и язык. Но ужин тоже получился невнятный: Бруно, опасаясь, что готовить мне будет лень, сварил рису и жевал с ним вчерашнюю курицу. А я все-таки пожарила себе отбивную, но мне она не понравилась. Надеюсь, хоть язык, который сейчас варится, не подведет.

Сил совсем не осталось. Какое-нибудь кинцо с горловиной бамбуковой кофточки, еще пару трюфелей и спать.